Сядем на метлу?

Благодаря интеллекту, глубокой порядочности и принципиальности руководящих работников администрации Железнодорожного района не утихает (и теперь уже точно не утихнет до грядущих выборов губернатора) скандал, вызревший в недрах той же администрации пару лет назад.

Началось все весной 2001 года, когда глава райадминистрации Владимир Григорьев оказался на больничном по случаю операции на сердце, а исполнять его обязанности взялся его первый заместитель Владимир Лощинский. Когда к последнему попали финансовые документы, в том числе договор и смета на уборку площади Гарина–Михайловского с намерением заплатить за нее фирме «Сольвейг» не один миллион рублей, Владимир Николаевич «ударил в набат» — обратился к мэру Владимиру Городецкому, чтобы тот принял меры к коллегам, явно обозначившим намерения. Но мэр мер не принял, а Лощинского вскоре от исполнения обязанностей главы райвласти отстранил. Владимир Николаевич обратился с разоблачительными заявлениями касательно коллег в компетентные органы, где нашли достаточно оснований для возбуждения уголовного дела, и в «НН», где не нашли оснований для отказа официальному лицу в опубликовании его точки зрения. Так же поступили и телевизионщики НТН–4, где г–н Лощинский от первого лица поведал все то же самое с употреблением более конкретных выражений и слов. Но его телевыступление коллег из райвласти не взволновало — они обиделись на его откровения только в «НН», где, к слову, с ответным словом в том же объеме выступали и сам Григорьев, и руководитель фирмы «Сольвейг» Надежда Ильиных. Причем последняя со свойственной ей прямотой по сути прояснила вскрытые Лощинским денежно–уборочные схемы и механизмы.
Словом, когда еще вовсю расследовалось уголовное дело, г–н Григорьев плюс его заместители Александр Вовиков и Николай Скосарев с начфином Николаем Свириденко обратились в суд с исками к Лощинскому и газете о защите чести, достоинства и деловой репутации, а также возмещении морального вреда. Причем обратились не в Центральный суд (по месту нахождения редакции), а в суд родного (ими же руководимого) Железнодорожного района.
В коллективном иске названных лиц обозваны не соответствующими действительности и порочащими сведения, опубликованные от лица Лощинского (цитата): «Из сметы, предоставленной начальником управления финансов и налоговой политики Свириденко Н. Н., следует, что администрация должна заплатить в текущем финансовом году фирме «Сольвейг» за уборку площади Гарина–Михайловского 2,5 млн рублей. Во–первых, такая уборка не стоит таких денег, во–вторых, убирать прилегающую территорию фирмы должны бесплатно. Я потребовал, чтобы Свириденко представил подтверждение выполнения сметы за 2000 год. Он ответил, что финансового подтверждения нет». Что тут не так? Вот договор, вот смета — один экземпляр есть в редакции, один у Лощинского, а сколько еще в уголовном деле и вне его... Может, следует понимать, что смету сию Лощинскому представил не Свириденко, а какой–нибудь «дворник», а И. О. только показалось, что это начфин, так как ходить со сметами к шефу логичнее было бы начфину, нежели слесарю... Да, без суда здесь не разобраться, тем более что суд выказал огромное желание это сделать, причем сделать правильно.
Во втором пункте коллективного иска оспаривается абзац (цитата): «Четыре года назад обладминистрация выделила администрации района целевые средства из бюджета на покупку квартир бюджетникам (врачам, учителям). А истрачены эти целевые деньги были на покупку квартиры все тому же Свириденко. Ему купили шикарную квартиру на Щетинкина, 34, а ремонт там сделали такой, что любой «новый русский» позавидует. Два года эту квартиру не могли оформить, так как все делалось незаконно. Ее только в декабре оформили».
Нет, никто не спорит, что в ту самую квартиру в том самом доме Свириденко въехал — вот документы (экземпляры знаете где?). И дороговизны ее вроде пока никто не отрицал (о ее цене вообще не говорится) — все это чести с достоинством вроде как не трогает. Их порочит якобы неточность — деньги на квартиру выделялись не так, как указал Лощинский (не из обладминистрации). А строила элитные квартиры для «слуг народа» (много раз обобранного и обманутого, причем кем — непонятно, ибо ответственности за все это никто так и не понес) будто бы мэрия. И в суде в адрес Лощинского прозвучало: мол, если бы вы сказали просто, что получили квартиру вне очереди, незаконно — это одно, но вы же вон что!.. А что? Квартиры, строящиеся мэрией, не стоят денег — средства на них берутся из воздуха или все же из бюджета? А кроме областного есть еще самостоятельные бюджеты? Или горбюджет не консолидирован с областным? Так что вопрос о неточности далеко не однозначен...
Третий пункт иска гласит: «Кроме того, к интервью с Лощинским газетой дан заголовок «Мэр не принял мер к растратчикам из райвласти». В соответствии со ст. 160 УК РФ растратой признается уголовное преступление в виде хищения чужого имущества, вверенного виновному. Поскольку в статье речь идет непосредственно об истцах — работниках администрации района Свириденко Н. Н., Вовикове А. А., Скосареве Н. А., являющихся непосредственными подчиненными главы администрации района истца Григорьева В. А., то из содержания заголовка следует, что истцы якобы являются растратчиками, то есть лицами, совершившими уголовное преступление...» Каково? Пожалуй, для райадминистраторов естественно каждое слово мерить по Уголовному кодексу, хотя «НН» вообще–то (зная, с кем имеют дело) вкладывали в заголовок иной смысл, а слово «растратчикам» сверяли с толковым словарем русского языка...
К словарю Ожегова истцы тоже прибегали, только уже в другом случае — по поводу слова «саботаж», фигурировавшего во фразе Лощинского: «После изъятия документов я столкнулся с непокорностью и откровенным саботажем со стороны А. Вовикова и Н. Скосарева, не говоря уже о Свириденко...» Не потому ли, что в УК РФ такого слова не нашли? Пожалуй, и в этом всем, и в остальном также без суда не разобраться. Как сказал бы Райкин, бум судиться, бум. А как вы, уважаемые читатели, полагаете, какую цель преследовали сим восхитительным коллективным иском уважаемые?
Обогатиться — вряд ли. Что с газеты или Лощинского возьмешь? Да и сами они вроде как выражали готовность отказаться от материальных требований, если бы перед ними публично извинились, дали бы опровержение. А что дает им такое опровержение теперь, два года спустя, когда о скандале почти все забыли, накануне выборов, к которым они подходят будто бы ярыми сторониками (если не «членами команды») Виктора Толоконского? Ведь с их–то интеллектом и прозорливостью они не могут не понимать, что раз этот скандал уже использовался для компрометации команды действующего «облголовы» симпатизирующими его главному конкуренту СМИ, то будет использоваться и впредь (и сюда еще «НН» втянут). Понятно, истцы не обязаны считать плюсы–минусы, когда речь идет о задетой чести с достоинством, да еще и деловой репутацией (так высоко ценимой народом). А тем более узнавать у прежних оппонентов «НН», не пожалели ли те о своих исках (чтобы не сказать «происках») к газете.
И тем не менее они уже добились кое–чего. Лощинский вновь отправил жалобу в Генпрокуратуру на прекращение уголовного дела N№54100, возбуждавшегося по факту превышения должностных полномочий сотрудниками администрации Железнодорожного района. Это дело прекращалось уже не раз, но по жалобам все того же Владимира Николаевича возобновлялось. О занятных подробностях этого «двуединого процесса» вы узнаете в самом скором будущем. А потом узнаете о том, как среагирует прокуратура на новую жалобу Лощинского. А потом — о том, как тот же Железнодорожный райсуд разберется с иском г–на Лощинского к г–ну Григорьеву, который в точно таком же по объему интервью тем же «НН» (да еще и ряду других СМИ) наговорил, будто Владимир Николаевич затеял свои откровения с мэром, прессой и силовиками из желания занять место начальника. То есть «слишком рано его похоронил». Как уважаемый райглава будет доказывать правдивость своего высказывания, когда г–н Лощинский из администрации уволился по собственному желанию (то есть демонстративно наплевал на карьеру в команде названных лиц), а г–н Григорьев и иже с ним продолжают руководить? О том, как они руководят, можно судить не только по шквалу писем, присланных в «НН» после первого же выступления Лощинского...

Получает новое развитие старый, почти забытый «метелочный» скандал, вызревший пару лет назад в администрации Железнодорожного района.

Тогда во время нахождения на больничном главы райадминистрации Владимира Григорьева исполнять его обязанности поручалось первому заместителю Владимиру Лощинскому. А тот, ознакомившись с кое–какими финансовыми документами, принялся разоблачать своих коллег перед мэром, губернатором, правоохранительными органами и прессой. Центральное место в его разоблачениях отвелось площади Гарина–Михайловского. Точнее, ее уборке, каковую райадминистраторы почему–то решили доверить фирме «Сольвейг», чьи коммерческие киоски занимали большую часть площади. Да еще заплатить той же фирме за ту же уборку не один миллион рублей. Сумма, предусмотренная договором и сметой, так понравилась прессе, что она с радостью подхватила заданную в интервью Лощинского «НН» тему. Особенно травмировала психику журналистов задуманная якобы закупка довольно сумасшедшего количества метел за довольно бешеные деньги. Сей нюанс разные СМИ обыграли по–разному: одни — как минимум с насмешкой в адрес райвласти, другие («честность» которых становится нарицательной) — как способ лишний раз восхвалить районное начальство словно с его же слов (мол, выгодную штуку задумали сердечные — на самом–то деле уборка дороже стоит и метел больше требуется).
Реакция высоких властей оказалась более однородной и предсказуемой. Мэр города Городецкий (о коем теперь даже по телевизору глаголят, что хуже мэра у нас еще не было) отнесся к разгоравшемуся скандалу с той же индифферентностью, с какой он относится чуть ли не ко всему. Он же посодействовал, чтобы Лощинский обратился с заявлением не в РУБОП, а в ОБЭП горУВД. Замгубернатора Беспаликов оценил ситуацию однозначно: там ничего нет. И хотя эта краткая до талантливости и простая до гениальности фраза смахивала на некую установку стражам порядка, те свое дело все же сделали. На первом этапе сыщики городского ОБЭП насобирали материала столько, что прокуратура области в июне 2001 года нашла основания для возбуждения весьма уголовного дела N№54100 по признакам преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий).

Степень возбужденности — средняя

В состоянии такой «возбужденности» дело находилось ровно полгода в производстве старшего следователя горпрокуратуры (позже ликвидированной) Евгения Ткачева. Такой срок следствия показывает, по–видимому, что работа тут кипела... И вылилась в конечном счете в более чем ожидаемое (спрогнозированное «НН») постановление о прекращении дела. Первый лист постановления гласит, что в ходе предварительного расследования установлено: в сентябре 2000 года Григорьевым заключался договор подряда с ООО «Строитель–99» на выполнение ямочного ремонта дорог района с примерной стоимостью в полмиллиона рублей и с нарушением постановления мэра... То есть договор на такую сумму мог заключать только сам мэр, так что райглава слегка «хватил лишку», заключив договор от себя и без проведения конкурса, еще и не проверив при этом, имеется ли у ООО лицензия на производство ямочного ремонта.
Здесь же дана ссылка на акт проверки райадминистрации КРУ Минфина РФ по Новосибирской области, коим также установлено: власть недополучила от ООО «Сольвейг» 1 миллион 459 тысяч 650 рублей и 592 тысячи 863,9 рубля в рамках соглашений об участии в социально–экономическом развитии района. Далее — цитата: «Согласно договору на уборку пл. Г.–Михайловского N№1 от 1.01.2001 г. между администрацией района и ООО «Сольвейг ТД» смета расходов на проведение работ составила 2 456 374 рубля, при этом без представления в администрацию района оправдательных документов по затратам заключается соглашение с администрацией на погашение взаимной задолженности на сумму 2 527 524 рубля». Ну как, смысл понятен? Все же формулировать так — большое искусство!..
Тут же фигурируют данные о завышении стоимости работ по ремонту ГИБДД Железнодорожного района, проведенному силами некоего ЧП, на 8836,4 рубля. И еще: райадминистрация заключила договор N№8 от 4.01.98 г. с ЗАО «УМиАТ» на аренду автотранспорта для уборки мусора, вывоза снега, однако автотранспорт не всегда использовался по назначению, а стоимость «левых» перевозок (не имеющих отношения к заключенным договорам) по путевым листам составила 8906,93 рубля.

Составы — «под откос»

Почему в изложенных фактах в конечном счете не обнаружилось состава преступления? Потому, наверное, что русский язык, как вы знаете, слишком велик и могуч — им можно объяснить и оправдать (было бы желание или, точнее, совпадение желаний) что угодно. Вот и г–н Григорьев, будучи допрошенным в качестве свидетеля, показал: насчет ямочного ремонта работы проводились за счет ООО «Строитель» примерно на 400 тысяч рублей, но им реально перечислялось примерно 80 тыс. рублей — только чтобы оплатить труд рабочих. Вся остальная проплата должна была состояться весной 2001 года после проверки качества ремонта и его объема. Так что можно сказать, «Строитель» просто «затыкал дыры» под честное слово — до настоящего времени работы не оплачены, так как нет актов «Ф–2»... Красиво отвечено? Получается, то ли администрация «обула» фирму, то ли и фирма чего–то «напетляла», но выиграло от этаких манипуляций общее дело — развитие района!
А насчет превышения (с какой стати райначальник заключал договор вместо мэра?!) уважаемый г–н Григорьев напоказывал следствию совсем путано–противоречиво. Дескать, договор со «Строителем» заключался — этим занимался отдел благоустройства, а мне (Григорьеву) его лишь принесли на утверждение, причем цена в нем не была проставлена, так как не были определены объемы работ, да и реальных денег не было — была только необходимость в ремонте. А реквизитов и сроков в договоре не было, так как это был по сути лишь договор о намерениях. Более того, этого договора по сути «мы вообще не заключали». А конкурс не объявляли, потому что не было финансирования. А касательно лицензии «Строителя» на ямочные ремонты я (райглава) ничего не знал...
И вот такой сумбур с «каламбурами» и вопиющими противоречиями вполне вменяемый старший следователь горпрокуратуры вписал в документ, сделав на его основании (с иными схожими показаниями) вывод: состава преступления в этом эпизоде нет. По такой же схеме «загасился» и эпизод с уборкой привокзальной площади. Совокупные свидетельские показания по этому поводу лучше всего просматриваются в словах замначфина Авериной: мол, сумма составила 2,5 млн рублей, но реально райадминистрация денег не платила — произвели взаимозачет, так как ООО «Сольвейг» должно было платить власти 4,5 млн рублей, но эту сумму уменьшили на сумму за уборку площади... Как вы полагаете, велика ли разница, каким способом растрачены деньги — взаимозачетом или наличными? И еще: не странновато ли смотрится администрация, заключающая на бумаге договоры, которые сама же потом не считает договорами (которые являются для нее же вроде как никчемными бумажками)?! И не странновато ли, что при том администрация вроде как обозначает намерения «озолотить» партнеров «с ограниченной ответственностью», а потом всем объясняет, что никому из них платить она и не думала — для этого и денег–то не было? Если бы так вело себя частное лицо (без «покрышки» в лице могущественных покровителей), его бы привлекли за мошенничество, а тут... Вон и г–н Беспаликов считает: «там ничего нет».

Готовьте мелочь, а сдачи не надо

На фоне столь «стратегических» эпизодов неловко отвлекаться на «мелочи», но приходится... Лощинский в своем заявлении ставил и «квартирные вопросы». А именно — о квартире Григорьева в элитнейшем доме по Комсомольскому проспекту и о квартире начфина Свириденко в не менее элитнейшем доме на Щетинкина. При этом Владимир Николаевич акцентировал внимание не на том, что скромный райглава со скромными доходами нашел деньги на такую квартиру, а на том, что ее (квартиры) цена была ниже реальной раза в два с половиной. В постановлении же речь идет о том, где Григорьев взял деньги — продал прежнюю квартиру на Спартака (в прежнем обкомовском «микрорайоне») за ту же цену. И вскользь утверждается: цена новой квартиры соответствует риэлторскому документу.
Еще занятнее с квартирой Свириденко. Лощинский преподнес это так, будто ее купили из целевых средств обладминистрации, вместо чего могли бы предоставить не одну квартиру учителям, врачам (реально нуждающимся). Григорьев же показал следствию, что Свириденко «ее получил как бюджетник от мэрии, деньги были выделены мэрией». Сам Свириденко разъяснил: квартиру ему покупала мэрия за счет своих внебюджетных средств — за счет бюджетников квартира не покупалась. А на строительство всех своих квартир мэрия выделяла 280 миллионов рублей. (Классно? Классно быть «слугой народа», особенно мэром. Вечно гундеть о дырах в бюджете и, затыкая их путем поднятия тарифов и цен на все (то есть деря шкуры с «хозяина»–народа), строить хоромы для своих бюрократов. Пусть даже на внебюджетные средства, которые по идее должны были бы использоваться для оздоровления бюджета.) Глава же стройфирмы видел все иначе: землеотвод выделяла мэрия, инвестиционный договор на квартиру Свириденко заключался с ним самим (имел он право заключать такой договор или нет — фирме без разницы), а платила за него администрация, причем не всегда вовремя. Поистине сколько людей — столько и мнений, но то, что все они ужились в одном постановлении, может говорить и о качестве расследования.
Сюда же следует отнести, пожалуй, и вопиющие противоречия, когда одни и те же лица вдруг почему–то меняли показания. Вот хотя бы свидетель Липовский — сначала показал, будто замглавы района по торговле А. Вовиков говорил ему, что открытие его магазина стоит 27 тысяч рублей, а у администрации есть сложности с компьютерной техникой, после чего свидетель передал райвласти компьютер. Следователь же этим не удовлетворился и допросил того же свидетеля дополнительно — тут тот и заявил, что никакого компьютера не передавал, хотя разговор об этом с Вовиковым был...
В процессе следствия отказалась от своего заявления в прокуратуру и продавец хлеба Щеголева, показав, что Лощинский фактически заставил ее написать, будто у нее бесплатно берет хлеб тот же Вовиков с еще одним работником. Тогда как на самом деле все не так. Изменения в сознании дамы произошли, когда Лощинский из власти ушел, а Вовиков остался. Вообще УК РФ предусматривает ответственность за заведомо ложный донос или такие же показания. Никто из названных лиц, включая Лощинского, к таковой ответственности не привлекался — даже попытки не было. О чем это говорит?
Не изменили своих показаний только четверо водителей из ЗАО «УМиАТ», помогавшие «райадминистраторам» в уборке снега и мусора с той же площади. Их «администраторы» эксплуатировали в личных целях. А сумма от нецелевого использования транспорта чуть не дотянула до девяти тысяч рублей. Этот ущерб чиновники возместили, что дало следователю возможность и здесь прекратить дело. После чего приободренные чиновники райвласти кинулись защищать в суде своего же района свои чести, достоинства и деловые репутации, нисколько не пострадавшие в вышеописанных эпизодах. Причем коллективный иск Григорьева, Свириденко, Скосарева и Вовикова составлен не по тем сведениям, которые Лощинский излагал в своих заявлениях в правоохранительные органы или в телевыступлениях, — у них претензии только к сведениям, напечатанным в «НН».

Виктор АНТРОПОВ

Версия для печати
Отправить по e-mail
Обсудить в форуме NNEWS.ru






+

Rambler's Top100 По всем вопросам, связанным с функционированием сервера, пишите администратору
© 2001-2006, «Новости в Новосибирске», Все права защищены.