«Cabare dancer»

В детстве, как любая бойкая и неугомонная девчонка, я мечтала стать знаменитой. Фильмовой дивой с обложки, дрессировщицей тигров, капитаном пиратской шхуны, стюардессой или балериной, но непременно знаменитой. Мое восторженное детство воспитало во мне бойскаута и сорвиголову. А прилежные занятия в студии бального танца и кружке художественной самодеятельности поселили в моем сердце неудовлетворенные амбиции. Поэтому неожиданное предложение испытать судьбу и покорить зарубежный танцпол в лице клубной танцовщицы распалило мою натуру. Идея пришла от давней приятельницы и несколько пошатнула мою систему ценностей. Эта девица не маялась от монотонности жизни, умело распорядившись своим местом под солнцем. Она имела богатый опыт работы в ночных клубах Японии, Турции, Италии и Кипра и мне пророчила замечательную работу. Вакантным оказалось место танцовщицы в одном из лучших ночных клубов Кипра.

1

Обещанная жизнь на Кипре выражалась одним понятием — far niente — блаженное ничегонеделание. Просто сказка! По закону жанра потрепанное платье, дырявые башмаки, неустроенный быт — все разом исчезало. Неоновые огни сцены, аквапарки, позолоченные пляжи и целая плеяда дорогих бутиков и салонов красоты. А главное — возможность заработать деньги. Приятельница рекомендовала обратиться в фирму, которая обещала законно отправить меня работать по контракту на Кипр. Мои глянцевые фото, посланные в агентство на Кипре, получили хороший отзыв. Фирма обещание в общих чертах выполнила. Правда, в суматохе составленный контракт предложили подписать в последний момент перед вылетом самолета. Но подвоха я не почувствовала.
Билет до Москвы я купила сама и приняла на себя всю ответственность за путешествие. Мой парень, растерянный и угрюмый, провожал меня. (А бедные мои родители совсем одурели за время моего путешествия, не зная, где я и что со мной.)
Итак, блудная дочь совершала перелет до Москвы. Самолет приземлился в Домодедово, и теплый ветер странствия сменился холодным и суровым. Я шагала в полном одиночестве, незнакомые фигуры людей проплывали мимо. Чужие неприветливые лица таяли в толпе. К сожалению, запланированные сопровождающие в аэропорту не появились. Неоднократные звонки по межгороду в фирму не приносили результатов. Велели только ждать. Я ждала, а паника с каждым часом нарастала. Накопленные жалкие средства не позволяли получить временное пристанище в гостинице, да и цены на кофе с бутербродами били по карману провинциалки.
Спасением оказались случайные попутчики, притянутые не то моим отчаянным взглядом, не то чувством солидарности и сострадания. Пара завязавшихся знакомств помогла мне в часы растерянности и ожидания. Совершенно незнакомые люди переживали за меня, осуждали мое безрассудство, но все–таки желали удачи и благословляли в дальнюю дорогу. Помните: даже когда судьба лишает вас спасательного жилета, то всегда найдется спасительная жилетка!
Наконец на третьи сутки я поднялась на борт самолета Москва — Ларнака. Здесь были уже не только спасательные жилеты, но даже свистки против акул. Ведь лететь предстояло над Средиземным морем. Не передать словами, как я обрадовалась горячему самолетному обеду и отзывчивым собеседникам в соседних креслах. С правой стороны оказался бизнесмен из Новосибирска Алексей. Он проживал с семьей на Кипре и, конечно, был знаком с местными традициями. Девушка слева — Светлана, менеджер по туризму. Некоторые острова Средиземноморья она знала не понаслышке. Пару лет назад судьба забросила ее на Кипр в качестве рекламной модели, а суровые обстоятельства продиктовали профессию ночной бабочки. Вилла, на которую привезли группу юных прелестниц, обернулась адским местом. И только сердобольный американский турист помог ей оттуда выбраться. (А сколько же пленниц осталось?)

2

После рассказа Светланы я поняла, что продолжать авантюрное путешествие опасно. Что же делать? Но тут проявил инициативу Алексей. Было решено вступить в переговоры с представителями «Аэрофлота» и возвращаться обратно тем же рейсом, если лица, встречающие меня в аэропорту Ларнаки, вызовут подозрения. (Мысль о возвращении домой обрадовала!) Тем временем остров приближался. В иллюминаторе небо сливалось с восхитительной лазурью Средиземного моря. Как на физической карте, отмечались глубины и точечный узор суши. Наконец одна из точек превратилась в очертания острова. Наш самолет заходил на посадку.
В декларации я назвалась «сabare dancer» и ступила на неизведанную землю. На удивление, меня встречали два почтенных господина. Главный из них представился моим импресарио (Костас). Алексей пустился в переговоры по–английски. Стороны обменялись рукопожатиями и визитками. Подвоха обнаружено не было. Костас действительно являлся на законных основаниях директором рекрутской фирмы для иностранцев. Толстяки в элегантных костюмах радушно улыбались, укладывая мой багаж в машину.
Белое авто плавно вырулило на автостраду. Вскоре все замелькало: каменистая желтая равнина, редкие скалы, кустики и деревца и мои мысли. Ядовитые краски дивного пейзажа за окном казались угрожающими. Дорога вела в Никосию. Мои покровители обменивались редкими фразами. Их речь казалась грубой, резкой (особенности греческого языка). «О чем–то спорят и ругаются», — подумала я. Мурашки пробежали по коже, когда угрюмые иностранцы попытались заговорить со мной. И тут на меня напал приступ косноязычия. Английские слова вперемешку прыгали в голове, в итоге я выдала лишь несколько невнятных фраз. Машина затормозила на окраине города возле нарядного современного сооружения (видимо, ночной клуб?). От него в нашу сторону направилась женская фигура. А вот и хозяйка! Это была вульгарного вида русская женщина. Она очень рассердилась, услышав мой отказ от ее «заманчивого» предложения танцевать полный стриптиз в ее фешенебельном клубе. «Зачем ты в таком случае сюда приехала, дура?» — сокрушалась она. Мои попутчики тоже недоумевали. Меня затрясло от страха. Набравшись духа, я парировала тем, что контракт на работу в стиле топлес или стриптиз я не подписывала. Директриса выругалась на греческом языке, раздраженно захлопнула дверцу машины и удалилась. Вопрос остался открытым.
Мы подъезжали к гостинице, когда раздался телефонный звонок. Звонили из новосибирской фирмы. Злющий голос завопил в трубку: «Ты знала, куда едешь! Не строй из себя кисейную барышню! Не будешь работать — нарвешься на неприятности!» И тут нервы не выдержали. Я судорожно сжала голову руками, и рыдания вырвались наружу. Дерзкую маску смыло с лица. Отчаяние, слезы, мольбы обрушились на моего импресарио. Он молчал, не выдавая эмоций. Напряжение росло. Как же он поступит: накричит, ударит или отпустит? Наконец, он смягчился. «Я вижу, ты не похожа на тех «герлс», которые приезжают сюда. Ты не будешь работать проституткой, будешь только танцевать». Прозвучало это успокаивающе.
История продолжалась. Меня поселили в гостиничный номер, походивший на больничный бокс: белые стены, кровать, тумбочка, телефон и маленькое слуховое окно рядом с санузлом. На первом этаже «пансиона благородных девиц» располагался уютный ресторанчик для «гостей» с видом на узкую мощеную улочку. Вдоль улицы росли оливковые деревья, на противоположной стороне разместились посудная лавка и мини–маркет. Хозяин магазина, немец, всегда был приветлив с постоянными посетительницами. Забегая вперед, замечу, что местные лавочники не любили обитательниц пансиона и часто бросали им вслед неприличные реплики. Те огрызались в ответ, и иногда делали покупки на других улицах.

3

Туристов в Никосии мало, они отдыхают в основном на побережье: в Ларнаке, Пафосе, Лимасоле. Чаще их заманивают шикарные отели с аквапарками и пляжами. Многих путешественников привлекают исторические места: бухта Афродиты, где, по преданию, она вышла из пены морской, монастырь св. Неофита близ Пафоса, храмы в Никосии и Фамагусте. Жаль, что лично мне так и не довелось ознакомиться со всеми достопримечательностями Кипра!
А вот знакомство с его жителями, коренными и не совсем, судьба мне предоставила. Итак, в дверь моего номера постучали. Осторожно открыв дверь, я увидела на пороге одну из моих соседок (всего на моем этаже их было трое, если не считать румынок, которые плохо изъяснялись по–русски). Гостью звали Лиля. 21–летняя девушка приехала из Молдовы, и ее история была самой горькой. Муж погиб в автокатастрофе, на руках осталась маленькая дочка. Бросилась на поиски работы, но тщетно. А тут нарисовалась «добрая фея» из какого–то агентства и помогла отправиться на заработки за границу. Приехала Лилька пару месяцев назад. Поначалу плакала, хотела вернуться, но ее запугали, и пришлось работать. Приказали делать все, что захочет клиент. А клиент не любит презервативы, но взамен дарит подарки — игрушки, духи, кормит в ресторане. Подруги считали Лильку дурехой, но жалели ее, горемычную. В кабаре танцевала она неуклюже, стыдливо сдергивая одежду. Ни о какой грации и речи быть не могло! Впрочем, ни одна из танцовщиц не могла бы гордиться своей хореографией. Они же не танцевать сюда приехали.
В голосе Лили звучали сочувствие и предупреждение. Она заботливо предоставила мне все, о чем я попросила в первые минуты: телефонные номера полиции, эмиграционной службы, стакан воды и сигарету. Ее история меня насторожила, но я решила бороться до конца.
Тишину прервал стук в дверь — это был Костас. Он поспешно сообщил, что с представителями полиции и эмиграционной службы я смогу познакомиться чуть позже, а пока мне нужно выспаться и быть при параде к вечеру. Лиля объяснила, что предстояло идти в ресторан. Так бывает со всеми: сначала знакомство, ужин, дружелюбная беседа, а потом — работа. От страха разболелась голова, тошнота подкатила к горлу. Лиля протянула аспирин и предложила пойти в ее комнату.

4

Так произошло мое знакомство с остальными соседками. Девочки оказались с Украины: Оксана и Ксения.
История Оксаны на редкость прозаична. В родном городе у нее было все: муж, семья, работа. Эта бойкая девица, зарабатывая на рынке 200 долларов, оставалась все–таки недовольна своей жизнью. То ли не хватало острых ощущений, то ли закопченный воздух шахтерского городка наскучил. Вот она и отправилась работать «официанткой за хорошие чаевые». Семья перечить не стала, были только рады предприимчивости девушки. А деньги Оксана высылала им регулярно! По правде говоря, сама она надеялась выскочить замуж за богатенького иностранца и воспоминания о родине оставить в темных уголках памяти. Однажды ей крупно повезло. Молодой американец приехал с друзьями на рождественские каникулы и на неделю «снял» пару девочек. В том числе и Оксану. Богатый мальчишка сорил родительскими деньгами, чем вызывал восторг у проституток. Танцы, секс, шампанское с икрой! Белоснежная яхта содрогалась от веселья. Востребованная на три дня проститутка осталась довольной и исполненной гордости. Это называется «сорвать куш». Судите сами. Муж, исполняющий супружеский долг один раз в неделю, а остальные шесть дней пропивающий зарплату, вызывает у подруг неподдельное сочувствие к коллеге. А вот симпатичный клиент, использующий «эротический талант» проститутки по назначению, ценится дорого. Мало того, он поднимает ее самооценку и дает чувство уверенности и превосходства над менее удачливыми соперницами. А удачливость зависит от внешних данных и способности удерживать клиента длительное время. Отсюда пошло выражение «постоянный клиент». «Постоянный» считает девицу «своей любовницей». Этот факт ему льстит. Он может проявлять заботу, даже навещать, когда она больна. Чем больше постоянных клиентов у девушки, тем больше ее ценит импресарио. К числу удачливых проституток относилась соседка Оксаны по комнате — Ксения.
Стройная и симпатичная, Ксения была к тому же всех моложе и образованней (все–таки факультет иняза пединститута). Непосредственная и добродушная девушка испытала несколько любовных разочарований в свои 19 лет. В такой ситуации чаще всего обращаются за добрым советом к близкому человеку, к маме. Мама же посоветовала дочери поискать счастья за границей. Она и помогла — о, ужас! — найти ей эту работу. На Кипре Ксения первое время с трудом привыкала к работе, пытаясь забыть свои сердечные разочарования. А потом возненавидела всех мужчин, и работа покатилась сама собой.
Но самое ужасное — то, что объединяет всех этих девушек. Они привыкли ко всем «прелестям» своей новой жизни, нашли в ней смысл и только здесь почувствовали себя настоящими женщинами! Они охотятся за богатыми клиентами, облачаясь в яркие вызывающие одежды. С удовольствием принимают подарки–безделушки и хвастаются сексуальным опытом, с радостью играя роль глупой пустышки. Здесь они могут позволить себе быть просто «пустоголовой бабочкой». А кем же они являются на самом деле?
Нет, я не стала осуждать их. Каждый делает выбор сам. Но если в тебе есть хоть капля самоуважения, ты просто не сможешь переступить через себя. Работа проститутки — это часть твоей жизни. А не кусок киноленты, который можно вырезать, забыть! Каждая из девиц, вступая на тропу «порока», верила, что только на время меняет курс. Но, оказавшись на шатком мостике, теряла равновесие.

5

Девчонки, конечно, удивились, узнав, что я приехала на Кипр в полном неведении. Моя беспомощность вызвала сочувствие и недоумение. Они поделились со мной остатками обеда и минеральной водой. Но дельных советов не дали. Смирись, привыкнешь, еще понравится! Они поведали, что в первые дни страх и отвращение заглушали водкой. А потом киприоты оказались не такими уж противными, и работа превратилась в обыденность.
Мое пребывание на Кипре началось с напряженной работы мозга. Ежеминутные усилия над составлением английских фраз и вечное ожидание опасности доводили до стресса. Первое испытание нервной системы и интеллекта произошло в ресторане, куда привез меня мой импресарио. Ресторан был исполнен в греческих традициях: греческая кухня и музыкальное сопровождение на греческих инструментах. Весь этот национальный колорит преследовал цель вскружить голову новенькой девочке, а потом предъявить счет. Вот, мол, знай цену красивой жизни! Я была все время начеку и прислушивалась к каждому слову своих сопровождающих. Пыталась, непринужденно улыбаясь, вести беседу. Костас и хозяин кабака, веселый толстяк, напрасно подливали мне в бокал вино. Я не выпила ни глотка — голова должна быть всегда свежей! Но усталость отрицательно влияла на ясность ума. Необходимо было выспаться, отдохнуть. И, слава Богу, в тот вечер мне это удалось! Костас отвез меня в гостиницу, где я наконец расслабилась и уснула первый раз за три дня.
Утром было неожиданно и страшно проснуться в незнакомом месте. Вернулись напряжение и головная боль. Поднялся жар. Костас первым обнаружил меня в больном состоянии и предложил таблетку от головной боли. Он смотрел мне в глаза, полные отчаяния, и, казалось, понимал меня. В эту минуту я осознала, что судьба дает мне шанс на спасение, посылая этого человека.
«Давай поговорим!» — попросила я. Он согласился. И тут будто открылись во мне неизведанные ресурсы. Обнаружились скрытые знания английской лексики и способность вызывать собеседника на откровенность. Я обнажала перед ним душу, рассказывая о самом сокровенном. История моей жизни таила в себе причину моего приезда. И он ее понял. У него оказались «русские корни» и некоторые знания о России и русском языке. И, видимо, поэтому причины метаний моей души стали ему понятны. Я говорила о детстве, о семье, об особенностях сибирского климата; о первой любви и первых уроках жизни; о музыке и литературе. Костасу действительно было интересно. «Я попробую тебе помочь», — наконец сказал он.
Это была маленькая победа! Я ему верила. Через полчаса мы подъезжали к офису агентства по трудоустройству. Мне предстояло знакомство с местной полицией и эмиграционной службой. Офис находился в помещении шикарного торгового комплекса на втором этаже. Когда мы поднялись на эскалаторе, представители эмиграционной службы уже встречали нас. Яркую колоритную внешность представителей закона портила только национальная полнота. Но первое, что пришло в голову: «Наши мужчины лучше!» Молодые люди предъявили свои документы и объяснили, что на территории Кипра я нахожусь под их ответственностью. И, значит, бояться мне нечего.
Хочу заметить, что у меня был билет на самолет туда и обратно (Москва — Ларнака, Ларнака — Москва). Это давало мне право законно находиться на Кипре без рабочей визы в течение недели до обратного вылета самолета. По истечении недельного срока без рабочей визы можно угодить в тюрьму. Этим пользуются «работодатели», угрожая тюрьмой и заставляя работать.

6

Костас выполнил свое обещание, познакомив с представителями соцслужб. Дальше предстояло следовать его плану, но постоянно помнить, что полностью доверяться малознакомому человеку нельзя. Следующим шагом было знакомство с ночными клубами. Вечером в номер позвонил секретарь Костаса Джаби и сообщил планы на вечер. Джаби сопровождал меня всюду, когда Костас был занят. Джаби приехал из Шри– Ланки в поисках работы по контракту. Множество его соотечественников закрепляются на Кипре в качестве дешевой рабочей силы: сборщики мусора и посудомойщики, а также рабочие на виноградниках и мандариновых плантациях. В общем, русские проститутки были с ними «в одной лодке». Джаби сносно говорил на греческом и английском языках и чувствовал себя легко в чужой стране. Ему повезло получить работу секретаря. Со мной он держался просто и дружелюбно.
Я спустилась в холл гостиницы, и Джаби проводил меня до машины Костаса. Началась экскурсия по ночному Кипру. Костас показывал свои «владения». В сущности, он был посредником, поставлявшим девушек в ночные кабаре. Клубы были разного уровня: дорогие и совсем дешевые, похожие на катакомбы и подпольные притоны. В дешевых клубах девочки не блистали внешними данными, неумело танцевали и быстро раздевались до пояса, почти как на приеме у врача. В одном из таких клубов мы с Костасом сели возле бара. И тут же на соседний столик ловко заскочила невзрачного вида девушка и стала вульгарно «выгибаться». Честное слово, у меня тошнота подкатила к горлу. Костас, заметив выражение моего лица, тут же объяснил, что подобные клубы к танцам вообще никакого отношения не имеют. Здесь работают дешевые проститутки. Мне стало обидно за наших девчонок! В другом нелегальном кабаре подвального вида девушки в блестящем белье крутились вокруг шестов на высоком подиуме. Из всех только одна была симпатичной и очень гибкой. Костас сразу заметил, что она подобрана им лично из русского каталога.
Надо заметить, что в этих заведениях меня принимали за спутницу Костаса, предлагали напитки и заискивающе улыбались. Но в одном клубе меня посчитали «дорогой девочкой» и даже предложили работу. Расскажу об этом случае поподробней. Клуб раскинулся на морском побережье в Лимасоле, куда нас домчал автомобиль Костаса. В веренице ночных огней возвышалось белым айсбергом ослепительное здание. Возле входа суетились охранники в белоснежных рубашках, оттенявших их смуглые лица. Клуб был дорогой и отличался изысканной обстановкой в стиле мадам Помпадур. Всюду ковровые дорожки, позолоченная отделка стен, тяжелые узорчатые портьеры, сафьяновые красные диваны, лакированные столики. В центре салона сиял неоновыми огнями подиум, где симпатичные девушки в серебристых «сценических костюмах» двигались под музыку. Длинноногие красавицы надменно поглядывали в мою сторону, когда хозяин заведения беседовал со мной о работе. Костас вмешался в наш диалог и объяснил, чем отличается это дорогое кабаре от предыдущих. Здесь надежная охрана и дорогая публика, а значит, заработки выше. Выбор оставался за мной. Но я отказалась. Теневая сторона бизнеса стриптизерок выражалась всегда одним словом — проституция.
Дорогие мои искательницы приключений! Около 90% прибыльного бизнеса на Кипре (кабаре, стрипбары, ночные клубы) — это притоны, ориентированные на туристов и не менее любвеобильных местных «мачо». Кстати, местное мужское население по численности больше женского. Видимо, в этом секрет популярности иностранных жриц любви. А может быть, горячая кровь киприотов определяет их стиль жизни. Неужели любители острых ощущений станут тратить свои деньги на дешевые танцульки? А что вы скажете насчет тех клубов, где «танцовщицы» устраивают оральный секс прямо на столиках для приватных танцев?
Во многих клубах главное представление начинается во втором акте. Вряд ли это можно назвать элементами искусства. Одна моя приятельница в туристической поездке сама посещала подобные злачные места в компании друзей и полностью подтвердила, что мужчин притягивает возможность дешево отдохнуть с русскоязычной проституткой. Так что если вы решили отправиться за границу, чтобы заработать на танцах, забудьте об этой иллюзии! Вы с трудом сможете питаться на получаемые гроши. Но если вас устраивает образ жизни «ночной бабочки» — попутного вам ветра!

7

Наше ночное путешествие подходило к концу. Машина Костаса уже разворачивалась, как вдруг я услышала тихий плеск воды в темноте и впервые увидела ночной океан. Мы вышли из машины на песчаный берег. Я стояла буквально завороженная красотой могучей стихии. Поднимался ветер, и волны всхлипывали, ударяясь о берег. Я почувствовала озноб, и короткое знакомство с морем завершилось. Мы покидали Лимасол и возвращались в Никосию. Ветер свистел в открытые окна машины, начинался дождь. Ничего в такой момент не ценишь больше свободы! Но пока я оставалась пленницей острова.
Утром следующего дня меня ожидал сюрприз. Импресарио заехал за мной в 8 часов и велел одеться попроще. «Будешь работать, — пояснил он. — За все надо платить». В полном недоумении я последовала за ним. Через десять минут мы подъехали к незнакомому зданию в центре города, возле подъезда нас встречал Джаби. На втором этаже пустовало помещение под новый офис, объяснил Костас. Мне в числе других рабочих с Цейлона предстояло сделать в нем генеральную уборку. Я даже обрадовалась! В течение четырех часов семеро цейлонцев и я драили стены, полы и передвигали мебель. Было весело! Мы даже как–то сблизились. Я постоянно шутила, а они удивлялись моим познаниям в английском и слишком эмоциональной манере общения. Джаби заметил, что я очень необычная и смешная. А еще назвал меня pretty и nice.
После работы он отвез меня в гостиницу, мне пора было укладывать вещи. Костас обещал отправить меня домой в течение двух дней. Вечером я сообщила соседкам радостную новость и решила попрощаться. «Жаль, что уезжаешь без денег. Могла бы еще заработать. Мы и клиента подгоним, если надо», — дружески отозвались они. Деньги мне действительно были нужны для обратной дороги. Билет на самолет был только до Москвы. Но предложенный вариант мне не подходил. И тогда я решила продать кое–что из вещей: англо–русский словарь, книгу с гороскопами и аудиокассеты с русскими записями. За все получила двадцать долларов и осталась довольна. Поздно вечером девчонки ушли на работу, а я — спать.
В предпоследний день моего пребывания на Кипре был канун Рождества. К счастью, весь день я была предоставлена самой себе и слонялась по улицам. Город имел нарядный вид: гирлянды лампочек, фигуры Санта Клаусов и оленей, рождественские венки. Все соответствовало европейской традиции встречи католического Рождества. На главной площади играл оркестр и танцевали люди. Мирное веселье киприотов ни в какое сравнение не шло с нашими разбитными гуляньями. Приятное томление и грусть овладели мной. Мне хотелось домой — к родителям, друзьям, своей собаке. Действительно, только вдали от родины начинаешь понимать ее истинную ценность: красота природы, родной воздух, знакомые улицы, а главное — люди!
Последнее утро было солнечным и радостным завершением моего путешествия. На прощание я подарила Костасу свой кулон с изображением скорпиона и не смогла сдержать слез благодарности. До сих пор для меня остается загадкой, что стало истинной причиной моего возвращения. Но я бесконечно благодарна счастливому шансу, который так неожиданно выпал мне.
Мой самолет вылетал из Пафоса. Я ощущала себя человеком, одолевшим судьбу. Океан в последний раз блеснул в иллюминаторе, и радостное волнение овладело мной. Маленький самолет болтало из стороны в сторону. В нем возвращались с рождественских каникул наши соотечественники. Мы непринужденно болтали, чтобы скоротать полет. Моя история всех взволновала. Просто не верили, что я смогла вернуться без серьезных последствий. Соседка по креслу, Катя, оказалась самой участливой в моей судьбе. За что мне предстоит еще ее отблагодарить. Она одолжила мне денег на билет до Новосибирска и помогла со своего сотового телефона связаться с родителями. Невозможно передать словами радость в голосе мамы, когда она поняла, что ее блудная дочь жива и возвращается домой. Слава Богу, Интерпол подключать не понадобилось!
Мое путешествие закончилось. Теперь я знаю, что не стоит ходить по лезвию и испытывать судьбу. Свобода кошки заключается в том, что она всегда находит дорогу домой.

Марина ОПАЛЕВА

Версия для печати
Отправить по e-mail
Обсудить в форуме NNEWS.ru






+

Rambler's Top100 По всем вопросам, связанным с функционированием сервера, пишите администратору
© 2001-2006, «Новости в Новосибирске», Все права защищены.