За Падву ответишь – 2

Баланда нашей политкухни продолжает плескаться в связи со вступлением в законную силу приговора олигарху Михаилу Ходорковскому, несмотря на все старания бригады его адвокатов с Падвой (который Генрих) во главе. Тут власть руками третьей своей ветви воздала всем, кто осмелился играть против... Кроме Падвы...

Как вы, наверное, помните, суд первой инстанции «влупил» экс–главе «Юкоса» аж девять лет лишения свободы. И, казалось бы, олигарх должен был жаждать скорейшего рассмотрения его кассационной жалобы Мосгорсудом, добиваясь отмены сурового приговора или его изменения. Но он пошел другим путем — решил баллотироваться в Госдуму на довыборах, для чего ему стало крайне необходимо успеть зарегистрироваться кандидатом до вступления приговора в законую силу (поскольку осужденных не регистрируют), вероятность которого, как он понимал, была выше ста процентов.
Категорически и небезосновательно не веря в беспристрастность и объективность судебной системы, Ходорковский наивно и, как теперь выясняется (разъяснения — ниже), напрасно поверил в вариант с выборами. И подчинил курсу на этот вариант всю свою команду. Так что его коллега Платон Лебедев отказался от подачи кассационной жалобы на приговор. А потом на этом же основании потребовал удалить себя из зала Мосгорсуда, где должна была рассматриваться жалоба Ходорковского. Его «почин» тут же подхватили адвокаты, и суду ничего не оставалось делать, как удовлетворить ходатайство, а затем и отложить заседание ввиду отсутствия адвоката Падвы. Причина его отсутствия оказалась уважительной: госпитализация. Без него Ходорковский на рассмотрение жалобы по существу не соглашался, в чем его поддержали остальные защитники, включая канадского.
Потому заседания переносились трижды, а сторона обвинения обрушилась на защиту с невиданной доселе мощью. В результате иностранный адвокат вышел из процесса после визита к нему (в гостиничный номер) группы милиционеров, а на защитников–россиян родились представления по поводу нарушения ими адвокатской этики. Нарушения вроде как заключались в их отказах от защиты подсудимого без участия Падвы. Прокуратура же настаивала на процессе без него, а суд призывал: если Падве надо лечиться, меняйте его. А Падва обещал со дня на день выйти из больницы и в конце концов стал единственным, против кого мер не приняли...
Словом, игра получилась жесткая, где каждый из участников процесса изо всех сил отрабатывал отведенный ему номер. Команда Ходорковского тянула время как могла, чтобы дать ему войти в выборы и дождаться истечения срока давности по ряду эпизодов, вмененных ему в вину первым приговором. А заодно публично обличала (компрометировала) правосудие с высшей властью. В ответ генпрокуратура обвиняла защиту в умышленном затягивании процесса, а администрация СИЗО с избиркомом разыграли «неувязку» с регистрацией Ходорковского кандидатом. Фемида же слегка удивила: вторая инстанция не стала в итоге тупо утверждать приговор инстанции первой. Проведя–таки заседание, согласно пожеланиям стороны обвинения, суд как бы учел доводы и защиты: те самые эпизоды, срок давности по которым истек, из приговора исключились. То есть приговор изменился в пользу Ходорковского — его вина смягчилась, а срок сократился... на один год. Вместо девяти лет неволи — восемь. Каково?! Как в годы «славы КПСС», когда все решали не столько закон с законностью, сколько политическая воля с целесообразностью.
И теперь Михаил Борисович — осужденный в полном смысле слова, несмотря на намерения дойти до Европейского суда по правам человека. И депутатом ему не быть. Да ему и так не светило: как разъяснил глава Центризбиркома Александр Вешняков, даже если бы Ходорковский пролез в депутаты, по вступлении приговора в законную силу его бы оттуда все равно «вышибли», поскольку осужденный должен сидеть не в Госдуме, а за колючкой. За что боролись?..

Виктор АНТРОПОВ

Версия для печати
Отправить по e-mail
Обсудить в форуме NNEWS.ru






+

Rambler's Top100 По всем вопросам, связанным с функционированием сервера, пишите администратору
© 2001-2006, «Новости в Новосибирске», Все права защищены.